Как описывал Дон Хуан, у древних видящих было огромное чувство важности:

«У них не оказалось никакой защиты против захватчиков, несмотря на их полную уверенность в том, что они неуязвимы»

«Огонь изнутри»

Генерация новых видящих осознала эти ошибки.

Они прекратили называть себя «колдунами». И начали определять себя как «воинов, которые видят».

Они удалились из публичного пространства и начали новую жизнь, подвергнув глубокому переосмыслению свои практики. Хотя некоторые из них продолжали гадать, лечить, будучи прорицателями и рассказчиками мифов, они, кроме того, влились в общество в качестве врачей, художников, учителей, купцов и священников. Вместо того чтобы заставлять учеников применять магические техники, они приводили своих учеников к убеждению в нереализованных возможностях человека

Новые видящие работали над тем, чтобы избавиться от необходимости иметь власть над другими, и выбрали легкость самоосознания.

В течение этого времени перемен нагвали и ученики магов жили в изоляции, оттачивая свои навыки.

К концу года шестнадцатого века сформировались новые ветви видящих. Новые видящие включали в себя 14 человек нагвалей и примерно 126 видящих.

До нагваля Себастиана сменилось 6 нагвалей с разной численностью когорты. А после были следующие:

Сантисебастиан – Лухань – Розендо – Элиас – Хулиан Осорио – Хуан Матус – Карлос Кастанеда

Что отличает Себастиана от предыдущих нагвалей – это встреча, которая состоялась в начале 18 века между ним и древним видящим.

Хуан передает эту историю так:

В то время Себастьян служил пономарем в соборе. И в один прекрасный день он встретил индейца средних лет у дверей церкви, который попросил его поделиться энергией. Поначалу Себастьян был ошарашен, но позже ушел с этим индейцем в горы, где и провел несколько дней. Когда же он вернулся, он не только получил из первых рук отчет о том, насколько странными были старые видящие, но и обладал детальным знанием их техник.

Себастьян назвал этого человека Арендатором, ибо они заключили соглашение, по которому ему давали энергетическое пристанище за «арендную плату» в виде знания если так выразиться.

С тех пор более чем 200 лет все нагвали встречаются с Арендатором и решают обменивать энергию на дары силы.

  • Нагваль Лухань получил возможность перемещать своё восприятие в пятьдесят различных позиций.
  • Нагваль Хулиан получил врата силы, которые позволяли ему выглядеть молодым или старым по своей воле, если только он пожелает.
  • Нагваль Дон Хуан отказался от дара и ничего не получил.
  • Нагваль Карлос Кастненда и жеещина-нагваль Кэрол Тиггс получили перемещать свое восприятие в будущее и сновидеть себя и других вперед.

Такие взаимодействия – добавляют необъятности нашей линии, поскольку наша нить обладает симбиотическими отношениями с древними видящими. Наши видящие могут достичь древнее знание глубже и привнести эти учения в настоящее, обновленное для нашего современного времени.

Самым главным знанием, которое принес арендатор последних восьми нагвалей, было различение между «я-эго» и «светящимся я», что не имело никакого отношения к старым видящим.

Карлос был в восторге, слушая историю, которую нагваль Хулиан рассказал Хуану, историю о смерти, которая меньше всего отделяла древних видящих от новых.

(Это из книги «Искусство сновидений»).

Когда полководцы-завоеватели древнего Рима возвращались домой победно и триумфально, в их честь устраивались парады с демонстрациями трофеев, которые они захватили, и побежденных пленников, которых они поработили.

Завоеватели шествовали верхом на своих конях, а с ними всегда ездили боевые колесницы. С ними ездил раб, чья работа заключалась в том, чтобы шептать в их уши, что их слава и почет временны.

Если же мы победители, то в любом случае нам некому шептать, что наши победы закончатся. Однако у видящих есть преимущество. Так как всё, что жило умирает, то у них есть кое-кто, кто шепчет им, что всё эфемерно. Тот, кто им шепчет – это смерть, безупречный советчик, единственный, кто никогда не солжет.

Таким образом, новые видящие намеревались исправить то, что вызвало гибель древних видящих.

Вместо использования растений силы, они сосредоточились на сдвигах собственного восприятия с помощью дисциплинированных техник выслеживания себя, сновидения и намерения.

  • Они воскрешали магические пассы, переводя их из повышенного состояния сознания в нормальное, предоставляя каждому доказательство того, что изменения восприятия реальны.
  • Они подчеркивали необходимость перепросмотра или обзора жизни, чтобы выследить свое эго, выявить его причуды и паттерны и выбрать другие способы поведения вместо прежних.
  • Они сосредоточились на сновидении сдвига восприятия от «эго-самости» к «светящемуся я», что привело к экстраординарным восприятиям в обоих состояниях, и днем, и ночью.

Совокупным эффектом этих практик было ли осознание силы куда более обширной, чем они сами, называемой намерением.

Когда ученик мог бы отбросить свое эго в сторону, тогда он был способен к управлению и контролю над силой намерения для удовлетворения не эгоистичных потребностей.

Это наша сегодняшняя линия. Это Тенсегрити. Это дар Карлоса Кастанеды человечеству.

Как и Себастиан, Карлос оставил нестираемый след на нашей линии.

Карлос не был четырехчастным нагвалем. Вместо четырёх энергетических отсеков, как это было обычно до него, у него было их было три.

Дон Хуан истолковал это так, что Карлос — последний нагваль.

Карлос принял это близко к сердцу, не желая покидать этот мир без распространения этого великого учения, и поэтому он и его коллеги Кэрол Тигс, Тайша Абеляр и Флоринда Доннер-Грау собрали вместе то, чему их учили индивидуально, и сделали это достоянием общественности.

Больше не будет этих маленьких воинских отрядов, возглавляемых одним нагвалем. Вместо этого имеет место широкое распространение инструментов, так, чтобы каждый имел бы все необходимое, чтобы привести себя к тому, чтобы стать своим собственным нагвалем.

Ни один нагваль не покинет больше этот мир в компании последователей- воинов.

Карлос ушел в одиночку, оставив нам план действий, чтобы сделать то же самое.

Стать частью этой линии — теперь полностью зависит от каждого из нас.

Нам не нужно ждать приглашения, мы приглашаем самих себя, потому что теперь у нас есть инструменты, привилегия быть нашим собственным нагвалем, направляющим нашу собственную жизнь. И в самом конце, вполне возможно, что мы тоже взлетим, как луч света навстречу вечности к сверкающей вершине мифа о Кецалькоатле, как это делали другие видящие.