Кастанеда. Лекции в магазине «Феникс». Первая

Кастанеда. Лекции в магазине «Феникс». Первая

Это одна из самых сильных и откровенных лекций Карлоса, из всех, которые он прочитал. Цель этой серии лекций: выплата энергетического долга магазину «Феникс стор» в Санта-Монике (в котором Карлос встретился с вернувшейся из небытия Кэрол Тиггс). Читайте внимательно, таких слов вам больше сейчас никто не скажет: времена и люди изменились.

Конспект первой лекций

Обсуждение термина «колдовство». Карлос Кастанеда не любит этот термин, предпочитает «нагуализм».

Определение нагваля: обладающий двойной энергетической массой человек имеет больше ресурсов. Нагваль требует прерывания (быть отрезанным от источника психологической непрерывности) для обучения.

Слишком много энергии тратится на защиту представления себя в повседневной жизни. Чтобы осознать мотивы, которые мы защищаем, сделайте перепросмотр.

Карлос Кастанеда сказал, что у каждого есть трюк или петля в его/ее представлении о себе. В течение долгого времени этот трюк был «бедное дитя». Много энергии тратится на представление и защиту своего «я» как чувства собственной важности и обделенности.

Бессмысленная трата энергии на поиски спутника жизни. Ложная вера в то, что супружеская пара приведет к самореализации. «Мы не знаем, как дарить любовь. Мы хотим только получать [любовь]»

«Воины любят жизнь и запредельное, не ожидая взаимности».

Мы принимаем идею собственной важности без проверки. В этом у нас нет никакой уникальности. Мы все выражаем одни и те же потребности. (Тут Кастанеда рассказал, как слушал записи пациентов на приеме психолога… много часов жалоб… и осознал, что он – точно такой же как они все). Нужен перепросмотр, чтобы потерять собственную важность.

Мы получаем эту идею собственной важности из социального порядка. Социальный порядок не заинтересован в нашей индивидуальности. Он ведет нас к разрушению. Превращая нас в однообразных идиотов, обучая нас жалеть самих себя. «Я нуждаюсь в тебе. Я люблю тебя» — это мантра социального порядка. Социальный порядок не дает нам ни смысла, ни цели. Однако социальный порядок удерживает нас от переживания прерывности и диссонанса [т.е защищает нас от Неизвестного]. Мир предсказуем, когда многое упускаешь из виду.

Наш недостаток: у нас нет цели. Без цели нет никакой выгоды. Нам нужна [достойная] цель.

Перепросмотр помогает нам отбросить чувство собственной важности в представлении себя.

Вам не нужен проводник. Вам нужна только энергия. Энергию можно получить в беспристрастном исследовании [себя и своего поведения].

Наркотики делают вас неспособным поддерживать [внешнее] давление. Карлосу Дон Хуан давал растения силы, чтобы усилить его концентрацию, а не для удовольствия или удовлетворения. К наркотикам Карлос причисляет прозак («успокаивающее» и болеутоляющее лекарство на основе опиоидов).

Дисциплина: развивает воинственность. Воин — это тот, кто ищет свободы. Свобода — это погружение вашего сознания в непостижимое. Наше подлинное наследие — быть свободным. Мы — путешественники. Мы должны исполнить свою судьбу, став воинами. Дисциплина является единственным сдерживающим фактором против социального порядка. Что такое дисциплина? Это не одержимое расписание. Это означает быть текучим, разумным, требовательным и продолжать непредвзятое исследование себя 24 часа в сутки.

Быть воином:

Примите ответственность: примите, что вы умрете — в смирении. Это не подлежит обсуждению. Посмотрите в зеркало посреди ночи; посмотрите на существо, которое собирается умереть. Спросите себя: что вы делаете? Какова общая сумма ваших действий?

[Вопрос в том, что тебя пожирает? Что внутри тебя мешает вернуть себе жизненную силу и смелость? Что заставляет тебя забыть, что ты — существо, которое умрет?]

Забудьте о понимании вещей. Не спрашивайте почему. Рационального объяснения этому нет. С каких это пор мы способны понимать все, что происходит вокруг нас? Ничего нельзя объяснить.

Кричите Намерению. Озвучьте то, что чего вы хотите: «я хочу быть ответственным за то, что я умру».

— Во Вселенной есть безличная сила, которая повинуется нашему зову. Скажите это вслух: «Я хочу принять тот факт, что я умру».

— Наш голос обладает огромной силой. Наше слово — окончательное. Мы начнем видеть тонкие изменения. Слова не могут быть объяснены; их следует называть «индекс» [указатель].

Перепросмотр: составьте список, вспомните события. «Плащ уверенности» развивается путем перепросмотра.

Возьмите отброшенные стимулы и создайте мир. Мир здравого смысла — не единственный возможный мир.

Долг: если вы получаете что-то, вы в долгу. Примите на себя ответственность за эту задолженность. Вы в долгу перед миром и духом (чем-то непостижимым, что поддерживает нас). Оплата за услугу – делает вас свободными.

Рассказы о том, как Карлос искал других гуру после того, открыл свою левую сторону. Результат его поисков были обескураживающими. Он нашел только «купцов Божьих». «Учителя не должны брать плату за свои учения: они должны работать с 8 до 5 часов». Их интересовало только накопление богатства.

Мы очень поверхностно смотрим на мир. Затем мы это интерпретируем и истолковываем. Интерпретация передается по наследству. Мы двигаемся через [непрерывную] интерпретацию жизни.

Где происходит этот мир? В нас. [Готовые] ответы были сформированы [до нас]. Нас заставили принять эти ответы. Мы должны исследовать [мир], а не интерпретировать [его].

Определение Вселенной — это магия. Примите ответственность вслух, ответственность за восприятие: кричите: «Я человек, следовательно, я возвышенное [существо]».

— Наша судьба — быть воспринимающими существами. Это трусость — прятаться за идеями. Мир должен определяться исходя из факта, что мы умрем.

Телевидение учит нас жаловаться. По телевизору все жалуются: «бедное дитя!».

Чего мы должны ждать с нетерпением? Старость? Карлос изобразил старика в ресторане, который кричит из последних сил: «сестра, мне нужно еще немного кетчупа!»

Болезнь — это потакание. Озвучьте свое намерение стать кем-то другим.

Цитата из фильма «Бегущий по лезвию бритвы»: «…я познал непостижимые миры».

Немного жуткая, но красивая история-сказка

Немного жуткая, но красивая история-сказка

Когда-то давно мы публиковали расшифровку этой сказки — для тех, кто любит читать глазами. А сейчас пришло время опубликовать эту сказку в изложении самого автора.

Это длинная (на час) и магическая история, рассказанная с некоторыми намеренно опущенными подробностями — чтобы не соблазнять читателей искать эту ведьму во втором внимании, где она, собственно, сейчас и находится.

Убери своих внутренних детей от экранов и слушайте сказку.. из глубины Сибирской глухомани… что любопытно — по происхождению эта магия — откуда-то из Украины.

Автор музыки: Silence Freed https://metapop.com/silence-freed

Начало сказки (текст): https://tensegrity.moscow/nasledie-vedmy-1/

Продолжение сказки (текст): https://tensegrity.moscow/nasledie-vedmy-2/

Окончание сказки (текст): https://tensegrity.moscow/nasledie-vedmy-3/

Секретная лекция Карлоса Кастанеды

Секретная лекция Карлоса Кастанеды

Я прослушал лекцию не делая заметок, затем, когда я вернулся домой я, записал все, что  смог вспомнить.

Первое это то, что Карлос Кастанеда – невзрачный коротышка (со слов дона Хуана). Я не знал, кто был Карлосом Кастанедой, пока все не заняли места. Лекция была юморной и, конечно, захватывающей. Вместо заранее написанных заметок он перешел к вопросам и ответам.

Первый вопрос:  Что случается во время смерти?

Кастанеда:

«Я провел всю свою жизнь готовясь к этому моменту. Все, о чем вы и я можем говорить будет лишь предположением. Никто из тех, кто пережил это не способен об этом говорить».

«Мы ограничены синтаксисом языка. Язык не способен описать видение, и таким образом мы даже не знаем, что это существует».

«Главной целью Дона Хуана была внутренняя тишина. Каждый человек имеет персональный порог для видения. 15 минут или 6 часов – неважно. Накапливайте вашу внутреннюю тишину, чтобы достичь этого порога».

«Вы можете работать над этим порогом секунда за секундой неустанно каждый день. И потом вы начнете видеть».

«Мы ограничены синтаксисом языка. Как только мы останавливаем внутренний диалог, мы больше не связаны синтаксисом языка и наше осознание открывается для восприятия бесконечности».

«Мой личный порог составлял 6 секунд. Потом со мной начинал говорить голос».

«Однажды, прогуливаясь по калифорнийскому Университету я увидел линии энергии, наложенные на все вокруг. Я осознал, что видел их всегда, но игнорировал это».

«Останавливая свой внутренний диалог, вы позволяете миру остановится. И затем вы начинаете видеть».

«Наш внутренний диалог поддерживает и усиливает мир таким каким мы его воспринимаем. Если мы прекратим разговаривать сами с собой, мы будем способны воспринимать без влияния «Я» и чувства собственной важности».

«Если вы остановите внутренний диалог то мир остановится и вы начнете видеть и затем когда я вернусь в следующем году вы уже будете способны говорить на эту тему».

Подобные комментарии были обильно сдобрены шикарными шутками:

«Не обожествляйте меня. Я не хочу быть вашим гуру».

«Не обожествляйте никого. Дон Хуан разнес в пух и прах всех подряд включая Иисуса, а я любил Иисуса».

«Особенно сильно он подорвал мое чувство собственной важности. Он спросил какие у меня были слабые места и пока я обдумывал как ответить он сказал: может быть то, что ты – невзрачный коротышка?»

«Дон Хуан сказал, что существует 3 типа людей на земле:

  1. Писун. С ним тепло и хорошо, но он не утоляет вашу жажду.
  2. Пердун. «Я более великий и лучший во всем чем ты».
  3. Блевун. «Я буду это делать, если вы будете умолять меня об этом».

«Дон Хуан называл меня мистер кошмар. Я являлся пердуном».

«Дух подтолкнул меня к Дону Хуану. Он должен был показать лучшее на что был способен, потому что я был особенно плох».

«Дон Хуан вынужден был мобилизоваться внутренне, когда он видел, что я приехал к нему».

«Мы предпочли бы быть несчастными, чем измениться, причиняя себе неудобства».

«Дон Хуан спросил: «Чего ты хочешь от жизни?»

Карлос рассказал о том, как он растерялся, скорчив соответствующую мину, на что дон Хуан ответил: «О! Бедное дитя!»

«Магия дает вам возможность выбирать за пределами жизни».

«Что вы желаете получить? Пенсию? Не ведитесь на это! Это очень нудное и структурированное окончание вашей жизни!»

«Я ненавижу рыбалку. Я не хочу уйти на пенсию в Монтане или Айдахо и ходить на рыбалку».

«Я хочу быть навигатором бесконечности, хочу воспринимать бесконечность!»

«Не ведитесь на пенсию, потому что с точки зрения восприятия бесконечности – это непостижимый выбор!»

(вопрос от аудитории) «Является ли второе внимание разным для каждого?»

«Нет оно одинаково для всех нас».

(вопрос от аудитории:) «Левая сторона кажется очень опасной. Что нас там защищает?»

«Да, она очень опасна. Дисциплина прекращения внутреннего диалога защищает вас не только на левой стороне, но и на правой. Существует невероятное количество движения с левой стороны на правую. Неорганические существа питаются нашим осознанием, оставляя достаточно лишь только для поддержания нашей собственной важности.

«Далай-лама находился в Мексике на пирамидах участвуя в массовом собрании. Один из его помощников (местный) делал фотографии с помощью камеры с моторным приводом, и на центральной фотографии группы из 3 человек был запечатлен объект, который летал по воздуху, он не был заснят на других кадрах. Я слышал об этих вещах, но никогда не видел их. Это «летуны» и они были там, чтобы питаться осознанием этой массы людей.

«Мы все равны будучи навигаторами на левой стороне. Об этом невозможно говорить просто так поэтому они идут в кино и рассказывают о них там».

(Вопрос от аудитории:) «Что приносит радость навигатору?»

«Сам процесс навигации»

«Внутренняя тишина это единственный способ попасть на левую сторону».

«Когда мы на левой стороне наше осознание и восприятие возрастает и расширяется».

(Вопрос от аудитории) «Я был у 3-их ворот сновидения…»

Нет! Это будет почти невозможно сделать без внутренней тишины. Остановите внутренний диалог, и вы попадете туда.

(Вопрос от аудитории) Нужны ли нам растения силы?

Нет! Абсолютно нет! Я был воспитан моим дедом. Моя точка сборки была не гибкая и нуждалась в растениях силы что бы сдвинуться. Но вам они не нужны.

Аудитория затронула вопрос исцеления.

Существует разница между излечением с помощью медицины путем борьбы с симптомами и энергетическим исцелением.

Карлос Кастанеда описал концепт бороздок восприятия и идею о том, что человек может изменять восприятия, меняя эти бороздки. Исцеление может произойти лишь тогда, когда вы способны менять бороздки.

Карлос Кастанеда был на грани смерти 3 раза, но каждый раз находясь при смерти его тело было вынуждено менять бороздки исцеляя себя. Тело становилось сильнее с каждой сменой бороздки.

О Тенсегрити и магических пассах:

«Мы должны находиться в хорошей физической форме».

«Тенсегрити — слово относящееся к архитектуре».

«Это система упражнений, связанных с железистой системой, которая укрепит и пробудит эту систему».

«Железистая система не используется — а тенсегрити пробуждает железы».

«Матка подобна второму мозгу в том смысле, что когда вы видите матку, энергия, исходящая оттуда, является тем же потоком энергии, что течет через мозг»

 (Вопрос от аудитории:) «Способны ли мы менять мир?»

«Вместо желаний для МЕНЯ намеревайте для себя внутреннюю тишину и это действительно изменит мир».

«Мы не обладаем контролем над чем-либо в жизни. Мы лишь делаем вид, что у нас есть контроль».

Карлос прочитал стихи, из которых автор конспекта запомнил пару строчек:

Мы стоим в самом сердце земли

в лучах солнца и вдруг наступает ночь.

«Другие маги (речь о группе Зулейки и Хенарос) проживают хорошую жизнь, но не следуют за мной. Когда я был их лидером, я сказал им, что им придется пойти в школу и грызть гранит науки, но они отказались. Заумные тексты тренируют ум и позволяют намного легче достичь внутреннюю тишину…»

«Я являюсь супер прагматиком».

(Вопрос от аудитории:) «Как происходит процесс сгорания изнутри?»

«Если бы я знал это стоял бы я с вами сейчас?»

«Дон Хуан сгорел в невообразимом взрыве энергии держа свое осознание в своих руках. Он полетел как пуля».

(Очень драматические откровение ближе к концу:)

«Некоторое время назад мой эмиссар, или голос видения, прекратился. Это после 35 лет. Теперь я путешествую один, без своего гида. Ничего страшного (выглядел обеспокоенным во время этих слов). Представьте себе, я так и не сказал спасибо. Так что теперь Я в свою очередь говорю, чтобы оплатить часть этого невероятного подарка. Чтобы сказать ему спасибо».

(В одно мгновение он перешел от почти слез в глазах до широкой улыбки).»

Затем он просто скромно сообщил что ему надо выйти в туалет и прежде, чем кто либо успел поблагодарить его или начать аплодировать, он проскользнул через заднюю дверь (хлоп!) – и Карлос быстро исчез в окружении двух моложавых и энергичных людей 25-35 лет, которые, как я понимаю, фигурировали на видео от Тенсегрити. Лекция длилась 4 часа. На ней присутствовало 100 человек и эта лекция была засекречена.

3 Декабря 1994 года, Саннивейл, Калифорния

 

 

Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 3

Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 3

Окончание истории про Ангелину Сергеевну  Воронцову, ведьму из деревни Инеево Томской области

Первая часть Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 1
Вторая часть Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 2

Как будто он знал о моей неудавшейся попытке проведения спиритического сеанса. В этот момент я понимал, что нахожусь в сновидении, и в нём происходит спиритический сеанс. Интересно было то, что руки людей не были соединены между собой , у большинства они лежали на бёдрах или на коленях, а на столе не было ничего, кроме книги.

Вызываю дух Ангелины Воронцовой, — сказал я  громко и отчётливо. Зная, что следует назвать только имя, я всё же назвал и фамилию — перестраховался, но эта вольность не  вызвала никакой реакции у окружающих меня людей и у того, кто сидел во главе стола. Едва лишь эти слова были произнесены, как книга резко взмыла вверх и зависла примерно в метре над поверхностью стола,  и я понял, что дух здесь и можно задавать дальнейшие вопросы.

— Ангелина, ты передала кому-нибудь свою силу?- был мой следующий вопрос.

Книга резко отлетела вдаль от меня к противоположному краю стола и зависла почти над головой у мужчины. Каким-то образом мне было совершенно понятно, что это означало нет.

— Ангелина, ты можешь передать силу мне?

В это же мгновение книга пролетела вдоль всего стола и зависла теперь над моей головой. Это означало да. Во время всего периода сеанса слова произносил только я. Остальные люди сидели в молчании.

— Что я должен сделать для этого? Переночевать на том месте, где ты похоронена?

Книга опять резко отлетела к дальнему краю стола, что означало нет.

— Переночевать в твоём доме?

Книга опять уже висела над моей головой — «Да».

Позже я задал ещё пару вопросов, но вспомнить их не могу. Затем я проснулся.

Впервые за долгое время туман неуверенности был развеян, и у меня были чёткие указания что же делать дальше, но произошло нечто странное, я почти потерял интерес к данной истории. Тем более, как оказалось, настоящий дом Ангелины расположен в совершенно другой деревне, а дом, в котором я был, принадлежал её родственникам, членам её семьи. Совершать новую поездку? И как я объясню людям, что мне нужно переночевать в их доме? Снова врать? Что-то придумывать просто не хотелось, к тому же, во время редких встреч с отцом, он периодически напоминал мне, что считает меня шизофреником. Мне действительно начало всё это казаться полным безумием, и я никуда не поехал. Но то, что произошло дальше, стало для меня полной неожиданностью- шаг навстречу совершила сама Ангелина, и мне уже больше не нудно было никуда ездить, ни с кем советоваться, более того, с этого момента я перестал касаться данной темы даже с теми, кто был хотя бы немного в неё посвящен.

Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 3

Генри Фюзели. Три ведуньи из пьесы Шекспира «Макбет».

Во сне я шёл по очень мрачной местности. Земля была чёрной, если это вообще была земля. Скорее, это напоминало тяжёлый вулканический пепел. Местность едва озарялась красным светом, казалось, он шёл откуда-то из-за линии горизонта. Больше в этой местности не было почти ничего. Вдали я увидел силуэт женщины, она стояла неподвижно и смотрела на меня.

— Подойди ко мне, — сказала она.

Я подошёл. Это была Ангелина в одном из двух образов, в которых она в дальнейшем являлась в сновидениях, и в этом образе, она была старой, грузной и жутковатой. Перед ней стояла небольшая тумбочка высотой до колена, на которой горела свеча.

Забыл сказать, что когда я шёл по этой местности, в правой руке у меня был свежесорванный куст чёрной белены. Чёрная белена — это ботаническое название данного растения. По латыни — Hyoscyamus niger. Не знаю, откуда я мог его взять в этой пустыне.

Мы стояли с Ангелиной друг напротив друга, на расстоянии вытянутой руки. Нас разделяла только тумбочка с горящей свечой.

-Дай мне листик, — произнесла она.

Я оторвал от стебля один листик белены и протянул ей. Ангелина взяла лист правой рукой и держа лист над пламенем свечи произнесла несколько слов, простых слов, и вернула мне лист. Это были слова приворожки.

— Что мне  с ним делать?- спросил я.

-Проглоти его – был её ответ.

Тут я понял, что Ангелина даёт мне не только словесную форму приворожки, но и силу это делать, если я проглочу лист. Моя реакция была быстрой и неожиданной для меня.

— А мне это не нужно, – сказал я и положил лист в нагрудный левый карман рубахи.

Ангелину это нисколько не смутило.

— Дай мне этот листик,- сказала она.

Я повиновался. То, что произошло дальше, было невозможным, но едва Ангелина пронесла лист над пламенем свечи, как эти несколько слов тут же мною забылись, а ведь это были всего  несколько очень простых слов, совсем непохожих на те, что модно прочесть в книгах по подобной тематике. Как я ни старался, я не мог вспомнить те слова ни тогда, стоя перед ней, перед Ангелиной, не смог я их вспомнить и позже, когда проснулся. Я был расстроен, поскольку решил, что обидел её отказом, и больше она не явится во снах.

Но она просто изменила манеру обучения таким образом, что отказаться было невозможно. Последовала долгая серия снов, не являвшихся сновидениями. В них я не мог принимать решения, в них я находился в состоянии, напоминавшем сонный паралич, иногда лёжа, иногда сидя. Передо мной лежали целые тома каких-то старых книг. Они напоминали наши затрёпанные библиотечные учебники по анатомии и медицинские атласы. Книги сами раскрывались и листы их сами переворачивались. Книги содержали рисунки, которые сопровождались соответствующим текстом. Эти рисунки внешне и по стилю не несли никакой художественной ценности, и больше действительно напоминали наши медицинские атласы или научную литературу.

Содержание их передавать мне крайне неприятно. Неприятно даже вскользь упоминать,  поэтому я ограничусь только несколькими предложениями, чтобы читатели поняли, о чём идёт речь. Например, одна глава целиком посвящалась тому, как насылать на человека опухоли различных органов и систем. Другой раздел, можно сказать, был посвящён психиатрии, и посвящался тому, как вызывать различные виды и формы безумия, как у отдельного человека, так и у групп людей. И все книги в таком стиле. Ничего разумного, доброго, вечного там просто не было. При этом справа от меня всегда стояла Ангелина, иногда молча, иногда что-то наговаривая. Но даже, если бы я задался целью всё это запомнить или выучить, это было бы просто невозможно, потому что книги перелистывались с большой скоростью, и весь показанный  и прочитанный мне материал больше не повторялся. Всё это было больше похоже, наверное, на загрузку информации на жёсткий диск компьютера.

ведьма ханс бальдунг

Ханс Бальдунг, Ведьма (часть гравюры «Шабаш ведьм»)

Перерывы на отдых были ещё более гнусными. Я лежал, справа стояла Ангелина, а слева в ногах, метрах в двух от себя, я видел голову какого-то существа, отдалённо напоминавшего не то голову козла, не то быка, только очень большую. От неё исходила энергия, по крайней мере, так я это воспринимал, и входила мне в живот в районе правой подвздошной области. Весь кишечник при этом бурлил и ходил волнами. Это было не очень приятно. Я не могу  сказать, что после пробуждения эти сны меня как-то пугали, но в повседневной жизни я стал ощущать холод, даже в самый жаркий день, он входил в моё тело через кончики пальцев рук.

Следующие две зимы после этого, мне было очень трудно переносить — я очень сильно мёрз. Потом это прошло полностью. А сейчас, даже в самые  морозы, я не покупаю зимние носки, а пользуюсь тоненькими летними, хотя зимой гуляю подолгу.

Потом эта серия снов прекратилась, и Ангелина больше не появлялась. Я решил, что наши встречи закончились, и совершенно не стремился к продолжению. Однажды я осознал себя в сновидении, в котором летел над городом, была ночь, и свет в большинстве окон был потушен. Я присел отдохнуть на балкон одной из многоэтажек. В  комнате горел свет, а в кресле сидела женщина, задремавшая над вязанием. Внезапно за спиной я услышал голос Ангелины.

-Сейчас я научу тебя ставить перевёрнутый крест. Ты можешь ставить его на всё, всё что угодно: человека, здание, машину — на всё, что ты хочешь разрушить. Лучше, если человек находится во сне. Ты рисуешь пальцем правой руки в воздухе  крест, а затем направляешь его на человека.

Я машинально так и сделал и направил крест на женщину в комнате.

-В момент, когда крест приблизится к телу и начнёт прилипать, перевернёшь его, — продолжала Ангелина. Как только у меня это получилось, я услышал за спиной жуткий вой, который являлся так же хохотом. Мне показалось, что этот голос принадлежал существу, которое помогало Ангелине, но я не стал оборачиваться и проснулся.

В момент пробуждения промелькнула мысль: «А кто и когда поставил перевёрнутый крест на нашу страну?»

Но, как ни странно, меня всё же тянуло к ней. Несколько раз я обнаруживал себя в той местности, с чёрной поверхностью и багровым закатом. Я находил в ней Ангелину. Иногда она даже не замечала меня. Она переходила с место на место, и толстой, узловатой палкой что-то разгребала в этом пепле, будто что- то искала. Я решил посмотреть, что же она там ищет и увидел полуистлевшие останки людей. Они казались высохшими или замумифицированными и совершенно ничего не весили. Она переворачивала их своей палкой, ворошила как прошлогоднюю листву.

Однажды она спросила меня:

—  Почему ты не делаешь того, чему я тебя учу?

Я ответил ей, что для меня это неприемлемо. Она долго молчала, и я опять решил, что чем-то обидел её, а затем произнесла:

-Ты же терпеть не можешь моралистов, считаешь их двуличными и недостойными уважения. А я дала тебе очень много, обычно ведьма столько не получает. Пока ты этого не осознаёшь и не помнишь. Ты попробуй, ощути кураж.

Вообще, в тот период встреч с Ангелиной, я достаточно часто посещал мир мёртвых.

Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 3

Гравюра из развлекательной книги 18-го века о женщинах-пророках и ведьме, которую считали матерью Шиптон, в книге 18-го века (1834) Джона Эштона

Та информация, которую я получал об Ангелине от людей, оставляла тяжёлое впечатление. Это были достаточно жуткие истории, но учитывая также, что это могли быть просто сплетни о необычной и красивой женщине, излагать их я не считаю возможным. Расскажу об одной сцене, которая потом имела документальное медицинское  подтверждение, и свидетелями которой являлись многие люди.

Как-то к дому Ангелины подошла одна деревенская женщина, и совершенно потеряв контроль над собой начала кричать, что найдёт управу на эту чёртову ведьму и оскорблять её отвратительной грязной бранью. Я не знаю, чем ей так досадила Ангелина. При этом к дому стали стекаться зеваки, которым было очень интересно посмотреть, как это всё закончится. На крыльцо вышла Ангелина и спокойно спросила: «Сама уберёшься?». После этого женщина буквально впала в истерику, и, наклонившись, нашла камень, чтобы запустить им в Ангелину. Как утверждали впоследствии свидетели, в одно мгновение Ангелина исчезла, а на том месте, где она только что стояла, была большая чёрная птица, отдалённо напоминавшая петуха. Эта птица подскочила к женщине, и когтями и клювом изодрала её до такой степени, что той потребовалась хирургическая помощь, и её отвезли в ту же районную больницу, которую я посещал. Зная возможности Ангелины, могу сказать, что она всерьёз не хотела навредить сельчанке, а просто поставила её на место, заодно напомнив окружающим, что к ней следует относиться с осторожностью и уважением.

В сновидении я находился в корпусе мединститута, то было старинное здание из красного кирпича дореволюционной постройки. В корпусе были две огромные лекционные аудитории, и множество  учебных комнат и лабораторий. Внезапно двери одной из лекционных зал распахнулись и оттуда начали выбегать люди. Лица их были искажены гримасой неконтролируемого животного страха. Почти все они кричали от ужаса и разбегались в разные стороны.

Я находился в полном осознании и пошёл навстречу потоку, лавируя между бегущими людьми, желая посмотреть, чего они так испугались. Зайдя в аудиторию, я увидел Ангелину. Она левитировала на высоте не менее восьми метров. Её тело находилось в вертикальном положении с лёгким наклоном вперёд. Она была молода и ослепительно красива. Одета в платье из толстой материи  тёмно–зелёного цвета старинного покроя, которое закрывало её от шеи до щиколоток, и, тем не менее, подчёркивало невероятным образом божественные  пропорции её фигуры. Ее распущенные волосы волнами ниспадали по спине и плечам до пояса. На ней были остроносые коричневые полусапожки на каблуке. Она парила в ореоле сияния своей силы. Это зрелище было прекрасным, но давящим и тяжелопереносимым одновременно, такой прежде я её никогда не видел, но в аудитории кроме нас двоих уже давно никого не было, а я стоял, стоял, и, задрав голову  и открыв рот, глазел на неё, почти не дыша. «Вот она! Ведьма! Во всём блеске своего великолепия!» — думал я. Эти слова нагваля с математической точностью передают суть того явления, которому я являлся свидетелем.

Внезапно Ангелина рухнула вниз и через несколько мгновений мягко приземлилась на ноги в полуметре от меня. Она слегка наклонилась и осторожно взяла меня за руки, а затем мы лицом друг к другу, не сговариваясь, синхронно сделали несколько шагов вверх и уселись  каждый на отдельную  скамью по разные стороны  от лестничного прохода. Наши колени почти соприкасались. Ангелина развернула кисти моих рук ладонями вверх, при этом они лежали у меня же на коленях, а кончики пальцев были согнуты и лежали под прямым углом вверх. Она легко коснулась их кончиками своих пальцев, а затем посмотрела мне в глаза. Её взгляд был прост и естественен, но так мужчина и женщина могли смотреть в глаза друг другу, когда Бог только создал этот мир. Я знал, что она читала меня, как раскрытую книгу, что от неё невозможно ничего утаить, но она давала понять, что принимает меня полностью.

В эти минуты покой и умиротворение вошли в мою душу. Мне не нужно было кем-то быть, что-то являть собой, и соответствовать каким-то критериям оценки. Оказывается, иногда достаточно просто посмотреть женщине в глаза, и вся изначальная целесообразность бытия, растраченная в течение жизни,  вновь вернётся к тебе. Ангелина буквально наполняла меня этим. Знаю, что в давние времена мужчины шли на величайшие подвиги или преступления ради такого взгляда, ради одного только взгляда…

А затем, я конечно же проснулся.

С тех пор Ангелина никогда больше не приходила в мои сны, и я не пытался отыскать дорожку к ней.

Игорь Михайлов, Томск.

Октябрь 2019 года.

Начало: https://tensegrity.moscow/nasledie-vedmy-1/

Продолжение: https://tensegrity.moscow/nasledie-vedmy-2/

Окончание: https://tensegrity.moscow/nasledie-vedmy-3/

Послушать истории в виде аудио сказки https://tensegrity.moscow/skazka-o-vedme/

Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 1

Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 1

Истории про Ангелину Сергеевну Воронцову, ведьму из деревни Инеево Томской области. Начало

Предисловие издателя

Эту историю Игорь давно пытался нам рассказать – было видно, что она его медленно сжигает изнутри. Я несколько раз имел с Игорем беседы, в которых он снова и снова возвращался к эпизодам своего взаимодействия с наследием ведьмы. Однажды мое терпение лопнуло.  Я предложил ему собраться, и выложить историю полностью. Как я понимаю, это далось Игорю нелегко – у него сгорел компьютер (ну понятно, а как же), началась цепь каких-то странных неудач и болячек, но он через все это прошел. И ведьмина хватка ослабла.

Сейчас среди молодых жителей слово «ведьма» означает смесь детских страхов с киношными сексуальными образами из популярной западной культуры. Иными словами, это представление страдает своего рода слабоумием. Я думаю, пришло время узнать, что означает это понятие в реальной жизни, а не в фантазиях, навязанных массовой культурой.

Сила проявляет себя через людей, которые для нее открыты. И порой эти проявления ужасны, иногда прекрасны. Социально большинство опасается Силу и пытается ее подмять и раскатать через социальный порядок, а кто-то ее ищет и ценит волю. Но равнодушных к Силе не быват. 

Олег Вертиго

 

Данный рассказ вовсе не является плодом выдумки или же творческой фантазии автора, а события изложены так, как они запечатлелись в моей памяти спустя более чем 20 лет с момента как произошли. Выражаю искреннюю благодарность Олегу Вертиго и моему другу Родиону Гусареву, благодаря намерению и настойчивости которых, я решился на изложение данной информации.

Я та самая, что приходит каждую ночь в твои сны.
Порой я страшусь тебя увидеть, дрожу от холода у самого огня.
Габриель Гарсия Маркес, «Глаза голубой собаки»

Поздней, холодной и дождливой сентябрьской ночью 1995 года я поднимался по лестнице в свою квартиру. Это была огромная мрачноватая трёхкомнатная сталинка на втором этаже кирпичного дома, в которой после смерти матери я жил один. Отец иногда появлялся, но жить предпочитал в небольшой квартире своей новой жены, по-видимому, тяжёлые воспоминания, связанные с болезнью и смертью моей матери очень его тяготили.

Войдя в квартиру, я, не включая свет, скинул мокрую одежду, и решил сразу лечь спать, даже не предаваясь любимому ночному развлечению – чаепитию. В комнате свет всё же включил и бросил мимолётный взгляд на портрет матери. Это был большой фотографический портрет, на котором она была снята вполоборота. Милые близкие черты лица родного человека. В ней было столько доброты, теплоты и света, что даже тяжёлая болезнь не смогла ничего этого изменить. Только волосы сделались полностью седыми. Иногда рядом с портретом я ставил в вазу живые цветы. В ту ночь там были две белые калы.

Итак, я уже откинул край одеяла и собрался лечь спать, но почему-то ещё раз решил посмотреть на портрет. Было какое-то мимолётное ощущение движения. Но нет, конечно же, показалось.. Всё как всегда, просто игра периферийного зрения, решил я и, тем не менее, третий раз взглянул на фотографию. Лицо на ней медленно поворачивалось в мою сторону, и через несколько секунд моя мать смотрела прямо в мои глаза. Но это был очень страшный взгляд. Он был наполнен такой запредельной злобой и ненавистью, какой я у неё никогда не встречал, даже если она очень злилась. Я мог бы сказать, что такой взгляд я вообще никогда не встречал у людей. Никогда. Не у кого. Ни разу в своей жизни.

Это был настоящий ужас.

Нет, моя мать не могла так на меня смотреть, это абсурд! Этого просто не может быть!
Я с усилием отвёл глаза в сторону, в надежде, что наваждение развеется. Но это не помогло. Стало только хуже. На фотографии черты её лица начали медленно меняться. Волосы чернеть, менять текстуру, завиваться и вот уже через пару минут с портрета на меня смотрело лицо совершенно незнакомой женщины. Помимо уже упомянутых особенностей её взгляда, появилась одна новая, которую я не только быстро осознал, но и прочувствовал всем телом — от её взгляда исходила такая невероятная сила, что меня подбросило в воздух и я парил в полутора метрах над полом. В этот момент я уже осознавал, что нахожусь в сновидении и отчаянно пытался проснуться. Но сила взгляда этой женщины прочно фиксировала меня в реальности сновидения. Я был не в состоянии что-то изменить. Это продолжалось очень долго. А затем она отвела глаза, и я плашмя рухнул на пол. В тоже мгновение я проснулся. На диване. В этой же комнате. Моментально вскочил на ноги и включил свет.

Комната как комната. Портрет как портрет. Ни в чём никаких изменений. Только сердце бешено колотилось и липкий пот покрывал тело, и мне было страшно. Очень страшно…

Я принял душ и заварил крепкий чай. К пяти часам утра мне удалось успокоиться и уснуть. Проснувшись утром, я отправился к женщине, которая долгое время работала с матерью и хорошо её знала. Эта женщина обладала энциклопедическими знаниями, мужским складом ума, способностью самостоятельно мыслить, и сильным характером. Я почему-то не сомневался, что она точно разъяснит мне суть ночного кошмара.

Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 1

фотограф: Полина Вашингтон, серия
«ТЕМНЫЕ ВИДЕНИЯ»

Выслушав меня, Галина Геннадьевна, так её звали, тут же выдала своё заключение:
-Игорь, — сказала она, — никуда не ходи и никого больше не спрашивай. Только ты сам сможешь найти ответ на этот вопрос.

Её слова повергли меня в уныние. Я понимал, что ответ на эту загадку не лежит в плоскости толкования снов, психоанализа, фрейдизма и тому подобного. Я понимал, что не обладаю достаточными знаниями, опытом для нахождения ответа.

Постепенно сон стал забываться, так как он был странным и необычным, что этого просто не могло быть. Проходили дни, недели, месяцы, прошёл год, и время текло дальше, и мне казалось, что этого действительно просто не было. Но теперь, спустя много лет, я понимаю, что хотя мой человеческий ум успокоился, моё внимание всё это время, находилось в состоянии взведённого курка. И в итоге оно обнаружило цель и выстрелило.

Шла вторая декада мая 1997 года. Я решил съездить к одной своей знакомой в деревню Вершинино, что примерно в 30 км от Томска. Она была известная травница и умела достичь своими травами лечебного эффекта даже в случаях, когда методами традиционной медицины помочь человеку не удавалось.

Беседа с Нелли Ивановной закончилась около шести часов вечера, и, попрощавшись с ней, я отправился в дорогу. Садиться на рейсовый автобус и ехать в город совершенно не хотелось, а было желание прогуляться, тем более что воздух был свеж и наполнен смолистыми ароматами молодой листвы. Так я дошёл до речной речушки Тугояровки, присел на берегу и долго смотрел на бегущую воду и камни. Похоже, так просидел достаточно долго, потому что как-то быстро похолодало и стемнело. На часах было 20 часов 15 минут. В это время в наших краях ещё не может стемнеть. Я встал, потянулся и глянул на небо. С юго-запада стремительно надвигался грозовой фронт. Но сумерки и холод шли в авангарде. Всё это выглядело более чем впечатляюще. На фоне пробуждающейся весенней природы и изумрудного цвета молодой травы и листвы, из-за реки надвигалась тёмно-синяя тяжёлая масса облаков, местами почти чёрная, сквозь которую беспрерывно сверкали то красные, то жёлтые всполохи молний. Отдельных раскатов грома не было, он сливались в почти беспрерывный гул низкого регистра. Надвигалась беспрецедентная по своей силе гроза. И не нужно было быть синоптиком, чтобы понять — пора срочно делать ноги, иначе меня просто смоет. Я добежал до тракта и пытался остановить пролетавшие мимо машины, следующие в город, в 90-е годы водители редко брали на борт одиноких путников за городом, да ещё и в вечернее время.

Я не мог не заметить, что в эти предгрозовые минуты вся природа была невероятна в своей красоте. Краски приобрели особую глубину и контрастность. Ощущение тревоги, буквально разлитое в воздухе, заряжало особой, бодрящей энергией и давало обещание неведомой, опасной, но манящей перспективы. Машины проносились мимо, и уже началась сухая пыльная буря. Меня, едва не задев, обогнал грузовик, и метров через десять резко затормозил. Открылась правая дверь. В несколько прыжков я долетел до него и лишь захлопнул дверь, как по крыше, капоту и стёклам ударили первые крупные капли дождя.

-До Томска подбросите? – радостно крикнул я водителю.

-А я в Томск не еду,- так же радостно крикнул он мне в ответ, — я через Лучаново в аэропорт.

-Мне это подходит даже лучше! – прокричал я.

Мы вообще рисковали никуда не доехать, поскольку как только свернули с асфальтированной трассы на лучановскую грунтовую дорогу, её стало размывать на глазах.

Ну вот и Лучаново, наконец. Попросив притормозить у нужного мне коттеджа, я поблагодарил водителя и рванул к усадьбе. Пробежав какие-то тридцать метров, я был мокрый насквозь. Как водитель грузовика умудрился заехать в гору по дороге на новостройку аэропорта, для меня до сих пор остаётся загадкой — там уже не было дороги. По дороге текла река. Я забыл сказать, что почти всё это время мы передвигались почти наощупь — дворники не справлялись с потоками воды. Итак, я стоял под крышей пристройки к дому, постучал во входную дверь. Теперь попробую объяснить, что это был за дом и кто были его обитатели. Это были самые близкие и дорогие мне люди на Земле. Именно они для меня, т. е вовсе необязательно, что они воспринимали меня так же, но, по крайней мере, они относились ко мне дружественно и с юмором. Мы ни в коем случае не являлись родственниками, мне эти отношения перешли в наследство от родителей, и я был счастлив, что они общаются со мной, а каждый визит в этот дом являлся для меня настоящим событием. Я просто обожал этих людей и их дом. Все женщины в этой семье прекрасно готовили, но искусстве выпечки им не было равных; особенно мне нравились классические русские крытые пироги, причём даже самих вариантов изготовления теста было огромное разнообразие. Каждый человек в этом доме имел высшее образование, и являлся настоящим профессионалом в своей области, но у всех из них был какой-либо художественный талант. К примеру, Карина, после тяжёлого рабочего дня, чтобы оправиться от усталости и негативных эмоций, да и просто для того, чтобы переключиться, спускалась вечером в мастерскую в подвале и занималась расписыванием батика, или рисовала картины на деревянных дощечках. Некоторые из её работ были развешены по дому, но это не превращало его в художественную выставку, а делало его очень уютным, красочным, тёплым и немного волшебным.

Сама хозяйка, мать Карины, прекрасно пела и играла на семиструнной гитаре. Пообщаться с ней, получить совет стремились многие люди. Что касается мужской половины дома, то в нескольких словах их описать сложно… Но всё же попробую упомянуть про мужа Карины. С виду он мог бы показаться… С первого взгляда он мог показаться человеком мрачноватым и нелюдимым. У него была одна редкая особенность — он обладал огромной физической силой. Это не та сила, которую можно приобрести путём регулярных физических тренировок, поднятием тяжестей, занятием рукопашным боем. Эта сила даётся только генами. Он был по роду богатырь. Но что делало обаяние этого человека совершенно неотразимым, так это его ум и чувство юмора.

Вообще, чувство юмора было присуще всей этой семье, как говорила хозяйка. Как говорила хозяйка, это единственное, что поддерживало нас в трудные времена и давало силы жить, когда казалось, что их уже не было. Получалось, что я больше дружил с женской половиной этого дома, но в те нечастые случаи, когда мне удавалось пообщаться с Александром, получал от него либо просто интересную, либо уникальную, либо жизненно важную для меня информацию. Иногда мне казалось, что сам дом и все те люди, что в нём жили, представляли собой единый, сложный и уникальный живой организм. Вне всяких сомнений для меня этот дом являлся местом силы. Вот лишь два примера в доказательство моих слов.

Как-то, уже много лет спустя, после описываемых событий, ночуя в этом доме, эээ, находясь в сновидении, я решил выполнить несколько магических пассов. Во время выполнения Дыхания центральной оси, у меня произошло воспламенение среднего пальца на правой руке. Огонь был небольшим и очень интенсивным, по интенсивности напоминал собой сварку, быстро поднимался по пальцу. Это было не больно и не страшно. Это было абсолютно неожиданно. От неожиданности я сбил огонь другой рукой машинально, но одновременно промелькнуло понимание, что у меня недостаточно сил и я не смогу сгореть полностью и получится что попало, к тому же я ничего не знал о том, можно ли это делать в состоянии сновидения. В другой мой визит, также во время сновидения, я находился в четырёх независимых сновидениях, в каждом себя осознавал, и в каждом действовал автономно, от трёх меня других.

Вот, вкратце, в дверь какого дома я постучал вечером 1997 года во время майской грозы. На мой стук в дверь никто не откликнулся, и я постучал снова. Дверь никто не открывал. Хуже всего было то, что ни в одном окне не горел свет, но с другой стороны спать во время такого грохота и сверкания молний было едва ли возможно. После третьего стука послышались шаги в глубине дома и голос Карины.

-Кто там? — спросила она.

-Карина, это я.

Мне не нужно было называться, поскольку голоса друг друга мы знали с детства. Раздался звук открываемого замка. Карина была немало удивлена, увидев меня.

-Как ты вообще здесь очутился? Проходи скорей! — сказала она.

-Ты не поверишь, совершенно случайно,- ответил я.

— Давно ты в дверь стучишь? Я была в подвале, в мастерской и могла тебя вообще не услышать. Сейчас найду тебе сухую одежду, и пойдём пить чай,- сказала она, — как переоденешься, приходи на кухню.

С этими словами она вручила мне джинсы, рубашку, носки и полотенце. Я принял душ, переоделся и через минут восемь спустился на первый этаж на кухню. Карина уже заварила чай, нарезала пироги и достала варенье. Мы сели за стол. Я был в приподнятом настроении, беспрерывно болтал, параллельно уминая пироги с вареньем и запивая чаем. В эти минуты гроза достигла своего апогея. Стол был расположен вплотную к большому кухонному окну, и перед нами разворачивалась впечатляющая панорама неиствовавшей стихии. Молнии в одно мгновении превращали тьму за окном в яркий свет, так, что становилось видно всё, с какой-то повышенной чёткостью, и деревья в саду, и струи дождя и лес на склоне горы, и забор, и отдалённые коттеджи- всё на несколько мгновений возникало из тьмы и этой же тьмой поглощалось. Дом и сама земля под ним содрогались от раската грома, а резкие порывы ураганного ветра, ударяли в окно потоками воды и, казалось, выдавят стекло. Самым удивительным в этой ситуации было то, что все остальные жильцы этого дома, похоже, крепко спали, иначе кто-нибудь из них непременно спустился бы на кухню и присоединился, уж если не к чаепитию, то к посиделкам. Как только я обратил внимание на эту особенность, как тут же до меня дошло, и то, что Карина не пьёт чай и совершенно не поддерживает разговор. Почти всё это время она сидела молча. Взгляд её был взглядом человека, который смотрит внутрь себя или что-то вспоминает. Я устыдился за свою бессмысленную болтовню и стал использовать челюсти только для общения с пирогом. Так в полном молчании прошло несколько минут. Нельзя сказать, что в этой обстановке была неестественность или напряжённость, и всё же в молчании Карины присутствовала некая странность, и я уже не отваживался побеспокоить её.

Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 1

фотограф: Полина Вашингтон, серия
«ТЕМНЫЕ ВИДЕНИЯ»

-Знаешь,- вдруг сказала она, — такую жуткую грозу я видела только один раз в своей жизни. Это было на севере Томской области, и в апреле. Тогда я работала терапевтом в районной больнице после окончания мединститута по распределению.

-Карина, — сказал я, мудро улыбнувшись, — ты же знаешь, что у нас не бывает и не может быть гроз в апреле, да ещё и в северном районе.

— Не бывает, — согласилась Карина, — но тот случай был особый, и его запомнили все. К нам в больницу из отдалённой деревни привезли женщину. Она была в возрасте, но, сколько ей лет, было определить невозможно. Она была несомненно красива и производила очень необычное впечатление: сочетание внешней красоты и чего-то непонятного, отталкивающе жуткого. Это сложно описать словами. Это надо было видеть. Местные работники больницы её знали и к ней не приближались, а сказать, что они боялись, значит не сказать ничего.

Это была ведьма и она умирала.

В это время во дворе больницы меня ждала машина скорой помощи, и я должна была ехать на экстренный вызов, и я поехала, т.к. была уверена, что в больнице помимо меня есть ещё врачи и медсёстры, то этой женщине, по крайней мере, облегчат состояние, сделав всё необходимое. Как я узнала позже, к ней так никто и не подошёл…

Карина рассказала, что потом девчонки-медсёстры шепотом ей поведали, как она умоляла их подать ей хотя бы стакан воды, и что она обещала, что у той, кто это сделает, будет всё. Всё, что она пожелает. Но девчонки полагали, что той нужно кого-то коснуться и просто передать силу, и вообще разбежались.
Во время этих событий в райцентре начали сгущаться тучи, и вскоре над больницей разразилась чудовищной силы гроза. Было такое впечатление, что больница просто рухнет.

Продолжение: https://tensegrity.moscow/nasledie-vedmy-2/

Окончание: https://tensegrity.moscow/nasledie-vedmy-3/

Послушать истории в виде аудио сказки https://tensegrity.moscow/skazka-o-vedme/

 

Необратимость, неизбежность: перепросмотр

Необратимость, неизбежность: перепросмотр

Наше тело не боится смерти. Наш дух не боится смерти. Но наше эго поистине страшится смерти и поэтому отвлекает нас от осознания судьбы и цели. В случае, когда давление эго ослабевает, человек получает шанс взглянуть на себя, переосмыслить свою жизнь и свой финал — без страха, взглядом из духа. К сожалению, это зачастую случается с людьми в те моменты, когда они УЖЕ находятся вблизи от смерти — в результате болезней, травм, старости и других необратимых явлений. Человек редко имеет шанс такого взгляда, находясь в состоянии здоровья и благополучия: как правило, он поглощён своими повседневными заботами и делами, его влекут сиюминутные желания, одолевают сомнения, колебания и опасения..

Однако перепросмотр даёт такой удивительный шанс. Мы получаем возможность заново взглянуть на ход, последовательность и направление своей жизни. Мы можем переосмыслить нить своего жизненного пути, исходя из перспективы неизбежной смерти. Мы можем освежить и придать новый импульс самим себе – находясь в добром здравии, не дожидаясь смерти, болезни и смерти, но помня и осознавая неизбежность и свои возможности. Перепросмотр способен привнести упорядоченность, трезвость и осознанность во все, что мы делаем, в каждое действие и в каждую мысль.

Не стоит забывать, что нам придётся делать перепросмотр — в любом случае, так или иначе. Как считают видящие, шаманы Древней Мексики, каждый человек после своей смерти отдаёт свой жизненный опыт Тёмному Морю Осознания, совершая вынужденный перепросмотр. В некоторых случаях, такой вынужденный перепросмотр начинается ещё до момента смерти. И мы хотим привести вам историю одного безымянного старика, который начал осознавать свою жизнь, находясь на волоске от смерти.

Он был бессильным старым человеком и ждал свою смерть в доме престарелых в маленьком австралийском городке. После его ухода медсестры случайно обнаружили это стихотворение в скудных пожитках старика. В этом стихотворении, возможно первом и последнем в его жизни, он начал перепросматривать и осознавать себя и всю свою жизнь, формулируя ее смысл и направление. Это стихотворение настолько впечатлило сотрудников, что копии быстро разошлись по всей больнице, а затем попали в интернет.

КАПРИЗНЫЙ СТАРИК
Что ты видишь медсестра?
Что ты видишь?
Что ты думаешь, когда смотришь на меня?
Капризный старик, глуповат…
С непонятными укладом жизни,
С отсутствующими глазами?
Переводящий попусту еду?
Когда ты кричишь «Давай старайся!»
И кажется тебе, что он не замечает, что ты делаешь.
Вечно теряющий носки или туфли?
Ни на чем не настаивающий,
Но позволяющий тебе делать с ним все что угодно?
День, которого нечем заполнить,
Кроме как купанием и кормлением?
Вот что ты думаешь?
Это ты видишь? Открой глаза, медсестра!
Ты не смотришь на меня.
Я скажу тебе, кто я.
Даже сидя здесь тихо,
Подчиняясь вашему распределению,
Питаясь по вашему желанию.
Я все ещё мальчик десятилетний,
Живущий с отцом и матерью,
Братьями и сёстрами
И мы все любим друг друга.
Молодой юноша шестнадцати лет,
С крыльями на ногах
Мечтающий встретить любовь свой жизни на днях.
Жених, которому скоро двадцать
И у которого выпрыгивает сердце,
Помнящий клятвы, которые обещал исполнить.
А сейчас мне 25 и у меня есть свой малыш.
Который нуждается в моем руководстве, охране и доме.
Человек, которому тридцать!
Мой малыш быстро вырос,
Мы связаны друг с другом не рушимыми узами.
А в сорок мои сыновья выросли и покинули дом.
Но моя женщина рядом со мной
И она не даёт мне горевать.
И вот в пятьдесят снова малыши играют у моих ног,
Опять мы с детьми, моя любимая и я.
Темнота сгустилась надо мной – моя жена мертва.
Я смотрю в будущее и вздрагиваю от ужаса.
Теперь я живу ради детей и ради их детей.
И я думаю о годах…. о любви, которая у меня была.
Теперь я старик… и жизнь жестокая вещь.
Издеваясь, заставляет старость выглядеть глупо.
Тело дряхлеет и разваливается, величие и сила уходят.
И теперь на том месте камень,
Где однажды было сердце.
Но внутри этой дряхлой оболочки
Все ещё живёт молодой человек,
И снова и снова сердце от стуков пульсирует
Я помню всю радость, я помню всю боль.
И я люблю и живу! В этой жизни как прежде.
Я думаю о годах, которых было так мало,
Которые пролетели так быстро.
И я соглашаюсь с упрямым фактом,
Что ничто не может продолжаться вечно.
Так откройте глаза ваши, люди!
Откройте и посмотрите.
Я не капризный старик!
Посмотрите внимательней и увидите меня!

(автор перевода стихотворения Алена Сикорская)

[DP_Grid_View_Related_Posts dp_postid=»4506″ dp_title=»Другие статьи о Перепросмотре»]

Синтаксис иного типа. Выбор воина.

Синтаксис иного типа. Выбор воина.

Синтаксис иного типа

Действительно ли мы имеем начало вроде рождения и конец вроде смерти?

В какой степени правдива наша «дата рождения»? Так ли окончательна дата нашей смерти?

Возможно, мы никогда не рождались, но постоянно рождаемся, в каждый момент нашего присутствия?

Возможно, мы никогда не умрем, но умираем ежесекундно, начиная с рождения?

Возможно, что-то, что присутствует в качестве «я», балансирует между непрерывным рождением и нескончаемой смертью, как акробат на натянутом канате?

Наше тело подтверждает это: оно имеет полный внутренний цикл рождения и смерти, который не останавливается от рождения до смерти самого тела в целом. Наше тело непрерывно регенерирует и непрерывно отмирает. Мы танцуем это танго втроем: нас выковывает молот смерти на наковальне жизни.

И возможно, что каждое из наших уникальных «я» представляет собой нечто вроде очередной океанской волны, которая движется с заодно ветром и разбивается о камни или уходит в песок. И возможно, что отдельные капли этой разбившейся волны способны улететь дальше и коснуться новых границ неизведанного.

О чем мы можем по-настоящему сожалеть в таком положении вещей?  

Вчера на практике в группе IXTLAN мы говорили о смерти.

И один из факторов смерти – это проблема выбора. Любой выбор ВСЕГДА происходит в напряжении между смертью и жизнью. Выбирая нечто одно, давая жизнь этому в данный момент, вы дарите смерть (откладываете, что одно и то же) чему-то другому. Любой, самый пустяковый выбор – выбор кофейни, места в автобусе, способа коммуникации (телефон, вайбер или вотсап), выбор кружки, выбор цвета носков – это всегда выбор для жизни в обрамлении смерти. В выборе вы всегда чему-то или кому-то отказываете, то есть – поворачиваете лицом к смерти. И иначе быть не может.

Конечно, когда мы говорим о смерти в этом контексте, мы максимально расширяем смысл этого слова. Тем не менее, когда мы говорим чему-то «НЕТ» — это означает минимально возможную частицу процесса умирания, скажем так, нечто вроде «кванта смерти». Раз за разом говоря чему-то «НЕТ» , мы наделяем это нечто тем, что оно начинает умирать в нашей жизни, что бы это ни было — человек, привычка, чувство или мысль. Именно так умерло для нас наше врожденное качество — видение энергии. Ведь мы все от рождения, по праву рода и вида наделены прямым видением энергии, а также превосходными качествами осознанного сновидения. Но в процессе социализации мы миллионы раз сказали «НЕТ» своему телу сновидения, своим чувствам и своему восприятию. И это то, что отмерло или, как минимум, похоронено очень глубоко. И сейчас мы предпринимаем чрезвычайные шаги, чтобы оживить эти свои качества. Мы говорим им (с помощью практик, магических пассов, перепросмотра и так далее) — тысячекратно — «да! да! да!».  Это и составляет суть выбора. Каждый момент выбора мы наделяем что-то одно — «квантом жизни» — «ДА», и «квантом смерти» — «НЕТ» — все остальное.

«НЕТ» — накладывает запрет, останавливает, опустошает и отталкивает. «ДА» — приближает, наполняет, привлекает, дает жизнь.  В этой динамике жизнь и смерть действуют рука об руку в каждый момент нашей жизни.

Даже мать, выбирающая всегда и во всем своего рожденного ребенка, рано или поздно выбирает его к маленькой условной, символической, но — смерти, оставляет его вне себя, потому что ей самой нужно выспаться и отдохнуть или сделать свои дела. И ребенок прекрасно осознает это, оказываясь вне матери, вне ее внимания и заботы, наедине с холодным, неприветливым и чужим миром.

Смерть всегда существует в только в настоящем. Смерти нет в прошлом и нет в будущем, она всегда здесь и сейчас. Меня не полностью устраивает образ смерти, которая гонится вслед за нами, в шляпе с зажжёнными огнями. Точнее, конечно, сам образ красивый, и уместный в тот момент, но на мой взгляд неполный, не тотальный. А смерть тотальна. Если говорить о водителе, то и сам водитель есть смерть в каждый момент, как и жизнь. Каждый его поворот руля или изменение скорости – это управление судьбами, как самого водителя, так и судьбами всех тысяч существ, для которых мчащаяся по шоссе машина это судьба и приговор. Но также и любой выбор водителя означает смерть всех других возможностей и вариантов.

Воин – это существо выбирающее. Он делает выбор за выбором, выбирая «ДА», он одновременно не может не выбрать «НЕТ» для всего остального, даже на какое-то время. Даже отказываясь делать выбор, он совершает свой выбор. И каждый выбор влечет смерть того, что оказалось отброшено. Когда мы выбираем, на что нам бросить взгляд, мы отбрасываем все, на что мы не смотрим и что мы не видим. Выбирая слова, которые мы говорим, мы тем самым выбираем слова, которые мы НЕ ГОВОРИМ, то, о чем мы умалчиваем.  Жизнь — жестокая штука, очень жестокая и опасная. Потому что  жизнь всегда в смерти, и смерть питает ее и без смерти она невозможна.

Современная западная цивилизация, к которой относится и Россия, обладает одним странным свойством — она пытается полностью игнорировать смерть, спрятать ее. Современная культура постулирует невероятный страх и ужас перед самой возможностью смерти. Изображения мертвых тел цензуруются, кладбища прячутся подальше от глаз, детей «берегут» от фактов смерти. У людей отнимают право покончить с собой, право распоряжаться своей жизнью. Считается, что современный человек невероятно страдает от смерти своих близких, и он обязан страдать и печалиться, обязан скорбеть. Умалчивается и считается неприличным разговор о простом факте, что все живущие однажды умрут.  Все, кто читает этот текст, те, кто его писал и те, кто не имеет ни малейшего представления о нем. Умрет все живое.  У священников еще осталось право говорить о «страшном суде» и «посмертном воздаянии», но если муж констатирует факт, что его жена рано или поздно умрет — это будет расценено как угроза, например. Все это выглядит так, словно бы сама культура пытается сказать «НЕТ» самой смерти, бросить ей вызов. И это в какой-то степени так и есть. Современная медицина бросает вызов смерти физического тела и умершие по сути люди, чьи энергетические тела уже рассеяны, могут существовать в пугающей форме поддерживающих подобие жизни физических тел без души.  Жизнь западного человека стала крайне ценной, его смерть вызывает скандал, санкции, войну. Идут разговоры о возможности перенесения сознания человека в бессмертную форму компьютерного облака. А смерть пытаются обесценить, побороть ее. Но это так не работает. Нет настоящей жизни без осознания ценности и без признания смерти.

Выбирая что-то, раз за разом, мы выкармливаем и подпитываем жизнь своей человеческой формы, своих шаблонов и привычек. Но и делая другой выбор, мы можем предавать смерти свои привычки и свои шаблоны, свою человеческую форму. Выбор всегда невероятно труден. Настоящий выбор, а не следование привычке выбора. Даже единичный выбор. А еще труднее формировать последовательные цепочки выбора, которые называются «несгибаемым намерением». Прокладывать путь среди жизни и смерти, от выбора к выбору, от момента к моменту.

[DP_Grid_View_Related_Posts dp_postid=»4209″ dp_title=»Другие статьи по теме»]

Мать свободы и лучший друг воина: cмерть

Мать свободы и лучший друг воина: cмерть

Так они говорили: когда мы умираем, то не верно, что мы исчезаем, потому что мы все еще живы, потому что мы воскресаем, существуем, просыпаемся.
(Códice Florentino, lib. X. cap. XXIX)

Мы все ищем «новое» и «свежее». Мы открываем свои сердца для новых путей, для новых взглядов, для новых ощущений и чувств. Мы сновидим «новую» мечту и строим «новые» планы.
Однако на пути всего нового стоит один простой, но мощный энергетический факт:
Пока что-то не умрет, ничто новое не появится.

Это то, что объяснил однажды Дон Хуан Карлосу Кастанеде в числе первых непреложных истин.

Пока мы не перераспределим энергию от старых идей, представлений и путей, новые сновидения не будут работать. Пока старые эмоции не умрут, новых чувств мы по-настоящему не испытаем. Пока старые механизмы не утратят свою силу, новые будут работать, по большей части, вхолостую.
Это секрет 90% ваших неудачных попыток реализовать свою «новую мечту».
Не может быть ничего по-настоящему нового там, где живет и прекрасно существует «старое».
Пока прежний вы не уйдете со сцены, на нее не выйдет новый вы.

Поэтому вопрос в следующем: как освободить пространство для нового?
Или, другими словами, как пригласить смерть для того, чтобы она дала нам свободу маневра? Как умертвить, обездвижить и вывести из игры старые привычки, мысли, способы действовать и реагировать? Как отпустить то, что цепляется и не хочет уходить?

Дон Хуан дал множество абстрактных инструкций на этот счет.
Вопрос в том, как их применить в каждом отдельном случае. Как прекратить подпитывать образ себя? Как сделать смерть своим лучшим другом и помощником в поиске свободы?
И мы будем искать ответ на этот вопрос.

Без осознания смерти, из чувства собственного бессмертия и неуязвимости – никаких «новых сновидений» с нами случится не может.

Некоторые вещи Дон Хуан просто «вколачивал» в Карлоса, как гвозди в бетонную стену. И это то, что мы сами должны с собой сделать – вынудить себя к определенным точкам отсчета. Ибо самая коварная часть того, что называется словом «эго» – это встроенная и довольно скользкая убежденность в собственном бессмертии. Понятно, откуда берется эта идея – она очевидно не принадлежит самому человеку, существу весьма смертному, а подчас и внезапно смертному. Это идея происходит от самого эго, которое имеет частично неорганическое происхождение, и эта неорганическая часть действительно относительно бессмертна по сравнению с человеческой частью. Этот факт косвенно подтверждается тем, что именно наше эго страшится смерти больше всего.

Ни физическое тело, ни энергетическое тело смерти не страшатся. Внутреннее знание о смерти и приятие смерти встроено в наше физическое тело. Более того, само наше тело на микроуровне содержит своего рода эмиссаров смерти – специальные клетки-убийцы, которые расправляются со своими неисправными клетками и клетками-чужаками. Наше тело непрерывно умирает и от того, насколько точно и своевременно работают встроенные механизмы смерти, зависит то, насколько здоровым и молодым является само тело. Чем старше тело, тем труднее оно «умирает». Чем хуже работают эти эмиссары смерти, тем мы слабее и уязвимее. Смерть в каком-то смысле очищает, освобождает и защищает нас.

Наши родители с детства берегут нас от фактов смерти. Это считается «жестоким». Однако гораздо более жестокую и немилосердную шутку с нами играет неосознаваемое убеждение о собственном бессмертии, о том, что в запасе у нас еще дофига времени на все, чего мы пожелаем.

[add_single_eventon id=»4200″ ev_uxval=»3″ ]

Смерть – что ты?

Смерть – что ты?

 

Представляем вашему вниманию любопытные на взгляд редакции осознания практикующего Алексея Шпандарука из Московской группы Itxtlan

В книгах Карлоса Кастанеды не раз говорится о необходимости осознания смерти. Несмотря на это тема смерти, не самая популярная среди практикующих. Что говорить об обычных людях, они даже слышать ничего не хотят о смерти. И я очень хорошо их понимаю. Совсем недавно я сам избегал этой темы, верил в переселение душ и убеждал себя, что не известно, что дальше, возможно все не так плохо. Последнее оказалось верным, действительно смерть это не так плохо, как может показаться. Но обо всем по порядку.

Перелом моего отношения к смерти наступил в группе практикующих Икстлан-Москва. В тот день тема практики была «Дары Смерти». Я очень не хотел посещать это занятие, но убедил себя взглянуть в лицо своим страхам. В ходе практики мне удалось ощутить близость смерти, не раз по спине пробегал холодок. Общий результат практики был тонким, мягким, но глубоким по сути. Нет, я не перестал бояться смерти, но мне стало интересно. Смерть – что ты?

Ученики Карлоса Кастанеды описывают смерть примерно так. Да, она окончательна, но есть различные способы ее избежать. Могила и огонь изнутри, это только две крайности-возможности из большего их числа. Существуют и другие варианты, и их уровни. После смерти осознание человека рассеивается не сразу, а наступает послесмертие. Которое может длиться сотни лет и во время которого осознание медленно рассеивается. Оно похоже на долгий глубокий сон.

Во время вебинара с ученицей Кастанеды Ренатой Мюрез мне удалось задать три волнующих меня вопроса:

— Смерть многогранна и индивидуальна?
— Да – ответила Рената.
— Обстоятельства смерти и послесмертия зависят от личной силы?
— Да, да – ответила Рената.
— Смерть полная силы, стоит любых усилий?
— Да, да, да. По вашему вопросу я вижу, что Вы хотели бы избежать этого. Мой ответ — Да. Есть различные варианты, но если вы приложите усилия, то сможете избежать смерти – ответила Рената. Я спрашивал не совсем об этом, но так ответ получился даже полнее.

Чтобы объяснить, о чем я спрашивал, хочу напомнить читателю, как Дон Хуан описывал смерть Кастанеды в первых книгах. В одном месте он заявлял, что Кастанеда улетит вместе с воронами. В втором описывал последний танец в месте силы. В третьем он описывает, как Кастанеда будет за рулем и на него из-за горизонта налетит лицо Дона Хуана. И т.д. Думаю, в первые книги вошли не все описания смерти. Возможно, так Дон Хуан показывал, что смерть глубоко магический акт.
Более того – это единственный магический акт, который ждет нас всех обязательно.

Я пришел к выводу, что смерть это по-своему даже радостное событие. Как экзамен в институте жизни. Или выставка художника после долгой жизни работы. Никто не знает и не скажет вам, чем будет смерть именно для вас. Возможно, легкое дуновение ветра? Драма, полная вдохновения? Комедия, полная грусти? Может быть вечность радости? Или бесконечность боли? Все зависит от вашего осознания. Если вы прожили жизнь полную силы и знания, то с большой вероятностью Вас ждет такая же полная силы и знания смерть. Смерть это экстрасобытие, где все переживания в сотни раз и ярче, и важнее обычных переживаний. Именно поэтому традиция предлагает нам не просто думать о своем неизбежном конце, но и тщательно к нему готовится. Например, взвешивая каждый поступок на весах смерти.

Смерть может быть такой:
Вечернее солнце освещало верхушки зданий. Внезапно налетел ветер и раскрыл окно. Вы только прилегли отдохнуть. Шум окна разбудил Вас. Вы поднялись, чтобы закрыть его. «О, да это сновидение» — подумали Вы, и вылетели в окно. Вы парили высоко над городом, видя все его детали. «Какое яркое сновидение, наверно я все-таки умер» — подумали Вы. И весь этот вечер и вся ночь были Ваши, можно парить над городом, можно навестить родных, можно отправиться в любимые места. Последняя вспышка полная жизни и любви.

Или такой:
Вечернее солнце освещало верхушки зданий. Внезапно налетел ветер и раскрыл окно. Вы только прилегли отдохнуть. Шум окна разбудил Вас. Вы попытались подняться, но обнаружили что обделались, снова попытались подняться, но не смогли пошевелить не рукой, не ногой. Накатил страх. «Наверно, я умираю» — подумалось. Паника заставила совершить новую судорожную попытку встать, но вместо этого жуткие газы и понос. И чем сильнее Вы цеплялись за жизнь, тем сильнее цеплялась смерть. «Нет-нет – я не хочу умирать, умирать же больно». И пришла боль и было больнее с каждой секундой. И весь этот вечер и вся ночь были Ваши, можно чувствовать жуткую вонь и кал под собой, можно переживать быстро растущий страх, можно чувствовать что не можете дышать и пошевелится. Последняя вспышка полная ужаса и боли.

Не правда ли драматично? И выбор только за вами. И этот выбор в каждом поступке. Даже если не рассматривать послесмертие, а только сам момент смерти, уже многое проясняется и становится на свои места. Но давай те посмотрим немного на послесмертие.
Итак, это глубокий сон. Но сон этот может быть разным. Так, например человек искренне верующий действительно может переживать этот сон как рай. Человек глубоко любящий умершею родню, встретит ее там.

Я немного исследовал этот вопрос доступными мне средствами и пришел к выводу, что для послесмертия имеет значение переплетения энергий. Так, например, мы переплетены волокнами с сексуальными партнерами. Это может превратиться в эротический кошмар в послесмертии. Лучше с помощью перепросмотра расплести волокна. Но в тоже время есть переплетения чистой любви. Не обязательно к партнеру, а например, к котику или бабушке. Такие связи наоборот очень полезны и оказывают благотворное влияние на смерть и послесмертие. Перепросмотр по моему опыту не разрушает их, а скорее наоборот обнажает.
Есть еще один забавный пример, который хотелось бы обозначить. Сплетение энергии с деньгами как у бизнесменов или с властью как у чиновников. И то и другое энергия, огромная у некоторых из них. Но в момент смерти они теряют связь со всей этой энергией. Их замешательство будет невероятно. Они попытаются нажать на обычные кнопки, а ничего не работает. Человек разумный, когда выйдет на пенсию, отойдет от дел и расплетет энергию. Но это не всем дано. Сплести свою энергию с энергией денег большое достижение, для бизнесмена. Он становится профессионалом, остро чувствующим свои дела. Отказаться даже не от денег, а от самого это чувства сложно. Так что не завидуйте тем, кто у власти или у денег, лучше позавидуйте тем, кто около знания и силы. Они делают разумную инвестицию своего времени.

Осознание смерти – богатейший источник жизненных сил и энергии. Например, если тело считает себя бессмертным, то и живет как бессмертное. А если тело осознает свою смертность, оно начинает работать с абсолютно другой отдачей. Меняются не только мысли и решения. Как говорят практикующие прошедшие глубокое осознание смерти – меняется все. Это та самая магическая кнопка – сделать все хорошо. Мы начинаем с того что боимся даже думать о смерти, а заканчиваем радостным ликованием. Ведь чем глубже наше осознание смерти, тем больше магии приносит нам каждое мгновенье, каждое наше дыхание и движение.

Знаком к написанию этой статьи послужило дневное сновидение.
Мексика. Жарит солнце, воздух дрожит. Дорога. Мелькают машины. По центру дороги идут двое – я и смерть. Смерть трех метров ростом, классическая в черном балахоне и костлявая. Мы держимся за руки. Из-за разницы в росте я выгляжу как ребенок или младший товарищ. Настроение торжественное и радостное. Это как будто последняя прогулка и проходит она по местам силы.